Вырождение
Предки носителей южной традиции народной музыки начали ещё в глубокой древности практиковать пение религиозных, духовных песен на народные мотивы. Это были своеобразные гимны боли, выживания и надежды, подававшиеся в форме баллад, пропитанных духом веры.
Тогда эти песни не несли в себе оскорбительного по отношению к религии характера — наоборот, подчеркивали верность и уважение к ней, особенно в протестантских течениях, таких как баптизм или методизм, глубоко укоренившихся в Аппалачах и Юго-Востоке США.
Как самое любимое и ценное достояние, они принесли это благородное музыкальное наследие сквозь войны, рабство, бедность, Великие депрессии и возложили его на алтарь своего поклонения.
Эти песни исполнялись в деревянных церквушках, на задворках нищих ферм, в пыльных харчевнях и на похоронах — везде, где душа просила утешения.
Многие из них позже легли в основу госпела, блюграсса, кантри и раннего фолка.
Исполнение таких песен и баллад практиковалось множество веков, и именно в южной традиции они остались наиболее искренними, надрывными и духовными. Тут всё сводилось не к форме, а к содержанию:
«Пусть криво, но с болью».
В северных штатах, в которых проживали менее религиозные люди и царили другие традиции,
народные песни были более мелодичны и отличались более светскими текстами. Преобладала тема путешествий, любви, социальных изменений. Это не значит, что север был бездушным — просто акценты были другие. Там зарождался урбан-фолк, начавший позже сближаться с политическими и протестными движениями. Нью-Йорк, Чикаго, Детройт — всё это были очаги новой волны, менее связанной с догматами, но всё ещё в основе своей искренней.
Для примера я приведу вам по одной песне с противоположных сторон США:
Wicked Polly (Dying Girl's Warning) — Одна из самых древнейших религиозных баллад, что сохранилась до нашего времени. Первое её упоминание датируется 14–15 веком.
Она пересекла океан вместе с шотландцами и ирландцами, поселившимися на Юге Америки — в горах Аппалачей.
И там, в душном, диком, потном Юге, она пустила новые корни.
Эта баллада повествует о страшной блуднице, что жила в пороке, отвергала церковь,
злоупотребляла вниманием мужчин, пила, кутежничала — пока однажды не настигла её смерть.
Она умерла в грехе, без раскаяния, и теперь горит в аду.
Песня — не мораль. Песня — удар по психике, адресованный подростающему поколению.
Грубо, страшно, но поучительно. Ни драмы, ни романтики — только факт: ты творишь хуйню, тебя сожрёт дьявол.
Это была форма наказания, форма педагогики в условиях, где не было ни психологов, ни школ, ни интернета. Только ты, твоя мать, церковь и голос, доносящийся с разваливающегося крыльца соседской лачуги.
И по сей день на юге подобное воспоминание может отложиться в голосе, походке, взгляде. Местами такие люди воспитывают своих детей так же.
Это может стать сильной частью вашей ролевой биографии. Подумайте, как звучит персонаж, которого в детстве пугали адом под стук кухонного вентилятора.
Camptown Races — Весёлая, как бряцающий баньжо, минстрельская песенка, впервые опубликованная Стивеном Фостером в 1850 году. Её исполняли на подмостках, под залихватский топот каблуков и хохот дешёвой публики. Исторически — это сцена: весёлый парниша в блекфейсе, театральная лампа, застоявшийся воздух сельского зала. Пели про скачки, ставки, дешёвую удачу и хмельной азарт.
Сегодня песня живёт в культуре как пережиток, как застрявший между эпохами артефакт.
Кто-то считает её попросту наивной. Кто-то — обидной. Кто-то — ценной для реконструкции эпохи.
Если вы играете персонажа, выросшего в доме, где музыка шла из радио и его бабка напевала эту мелодию под шипящий чайник — это часть культурного багажа.
Не надо это недооценивать! КУЛ! Добавляйте этот момент в историю вашего персонажа.
Подытожим.
Обе композиции по-своему значимы, но именно в первой — суть нашего проекта
Country Bullshit.
В ней есть и боль, и страдание, и запугивающая духовность, как холодная ладонь батюшки на затылке.
Важно помнить:
Не вся народная музыка — это свет и добро.
Не всё — церковное или “божье”. Есть то, что поёт о светлых буднях, а есть то, что шепчет о могиле.
Среди собирателей и коллекционеров принято строго различать:
“
Sacred music” —
священное, духовное.
“
Secular music” —
светское, житейское.
Дальше мы будем придерживаться именно этого деления. Чтобы не размывать рамки. Чтобы всё шло по-честному.
